С.Дэйвис - 3.2 Нацисты на ТВ

Стивен Дэйвис "Джим Моррисон / Жизнь, смерть, легенда" (оглавление)

Перевод - В.Вавикин

Джим Моррисон

3.2 Нацисты на ТВ

В этой главе подробно раскрываются сюжет и судьба студенческого фильма (дипломной работы) Джима. Фильма, которым восхищались и ненавидели, но который никого не оставил равнодушным.


Джимми Моррисон начал свой последний семестр в Калифорнийском Университете Лос-Анджелеса в январе 1965. Мэри Верблов прибыла в Лос-Анджелес примерно в тоже время, но она не стала съезжаться с Джимми, предпочтя жить отдельно. Она брала уроки в Городском Колледже Лос-Анджелеса и вскоре получила работу go-go танцовщицы в заведении «Gazzari’s» на Стрип. Это вызвало раздражение у Джимми, который, как и большинство спокойных богемных студентов, считал, что представления на Стрип были устроены для тини-бопперов (молодежь, танцующая под бибоп или поп музыку) и старомодных простаков. Но у Мери Верблов было все, для того, чтобы сыскать себе славу – большая грудь, рыжие волосы и (согласно Рэю Манзареку, который знал ее) она хорошо делала свое дело. К концу года, к великому разочарованию Джима, ее уже рекламировали как «Мисс «Gazzari’s 1965». Его невинная любовь из школы во Флориде поглощалась дешевой мишурой аморальности Сансет-Стрип. Они разошлись, и невозможно было что-то исправить. В институте он вел себя, как потерявший веру в свои силы актер, витающий где-то в своих мечтах. Он хотел снять фильм о том, как Ницше сошел с ума, превратившись в слюнявого безумца, увидев, как избивают лошадь в Турине, но так и не сделал этого. Его друг Фил О’Лено к тому времени уже снял пробное тренировочное пособие для факультета психологии, в основе которого была раздетая до нижнего белья молодая пара и их скромные ласки. Джимми сохранил неиспользованный Филом отснятый материал и сделал свой собственный фильм. «Он нарезал отснятый материал крайне фривольно, - вспоминал О’Лено, - и казалось, что там происходит намного больше всего. На много больше… Но это было похоже на Джимми – сделать спорным все, что возможно. Он был очень озорным. Этот фильм вызвал большой переполох во время показа. Все вокруг кричали на Джима, особенно преподавательский состав. В своих записных книжках Джимми записал целый ряд поэм, которые описывали состоявшую из сверхлюдей элиту возвышенных живых существ – «Властители» (the Lords) – которые действуют на более высших уровнях психического сознания, чем остальное человечество, «которые видят вещи такими, какие они есть». «Властители» скрыто навязывают версию социального контроля, которая выглядит позаимствованной из сборника «Нова Экспресс» Уильяма Берроуза. Эти страницы так же содержали десятки карикатур на друзей, таких, как Ален Роне, Фил О’Лено и Дэннис Джейкоб, показывая их физические недостатки и причуды парой умелых росчерков. Или Рэй Манзарек в жакете и галстуке, с тупой улыбкой и чёлкой, обнимающий свою вездесущую подругу Дороти Фуджикаву, узнаваемую по прямым черным волосам, раскосым глазам и сексуальной юбке.

Джимми носил с собой повсюду сборник Артюра Рембо «Озарения» и появлялся в нескольких студенческих фильмах в образе человека-мухи, который бродит по парапетам высотных зданий кампуса, читая вслух очерки Рембо, как калифорнийский вариант Антуана Дойнела - кинематографического героя Франсуа Трюффо.

Джимми никогда не был хорош, если нужно что-то сделать своими руками, к тому же у него было мало терпения для работы с 16-ти миллиметровой камерой в качестве оператора, поэтому технический аспект монтажа ускользал от него, а результатом его компоновки и обрывистых нарезок, вдохновленных Годаром, был обрыв пленки в проекторе, когда он пытался показать свои работы. Однажды Джим был так сильно раздосадован, что начал бросать катушки с фильмами и пинать мебель. Никто не нал, что послужило этому причиной, но он наделал много шума.

Джимми так же пил много вина и имел репутацию человека, который идеально сворачивал косяки. (Он предпочитал низкосортную желтую сигаретную бумагу из пшеничной соломы или рисовую бумагу «Zig Zag» №225 с двумя склеенными между собой листами. Никто не мог понять, почему Джимми не может смонтировать фильм, но с холодным спокойствием как-то умудряется изготовлять забитые марихуаной сигареты идеальной трубчатой формы).

Когда зимние дожди стихали, а погода теплела, Джимми и другие лентяи с факультета кинематографа зависали вблизи обеденной тележки «Gypsy Wagon» недалеко от школы или в мексиканском ресторане «Lucky U». Джимми писал похабные графити на стенах туалета. У него были те странные, глубоко-посаженные глаза и он слонялся повсюду без дела, ведя себя, как Марлон Брандо, постоянно погруженный в раздумья. Джим был хорошим актером системы Станиславского. У него был излишек веса, и он старался держаться с непроницаемым видом большую часть времени. Сокурсники вспоминали, что Моррисон был крайне заинтересован в изучении малоизвестных областей кинематографа. Рэй Манзарек говорил, что однажды Джимми проехал автостопом 450 миль за одну ночь, чтобы попасть в Беркли на единственный показ ультра редкого гомосексуального фильма о тюрьме «Un chant d'amour» легендарного французского экзистенциалиста Жана Жене. Только самые хиповые, наиболее откровенные картины с явным сексуальным подтекстом испытывали в то время проблемы засветиться в Лос-Анджелесе. «Джимми был очень талантливым, - говорил Фил О’Лено. – Но он был слишком молод, чтобы быть мудрым».

В своей записной книжке Джимми писал: «Лечить слепоту плевками шлюх».

В марте 1965 американское правительство начало бомбардировки Вьетнама. Призыв в армию был в разгаре, посылая тысячи подростков поколения Джимми в ночной кошмар боя в азиатских джунглях против неуступчивых крестьян партизанской армии. Джимми провел весну 1965-го года работая над студенческим фильмом, комбинируя работу над дипломным проектом и заключительным экзаменом, которые должны были решить судьбу его диплома кинематографиста в Калифорнийском Университете Лос-Анджелеса. Мери Верблов отказалась принять участие в его фильме потому, что: 1) ее новый агент не советовал ей; 2) Джимми хотел снять ее в нижнем белье; 3) она пришла к Джимми и застала его с другой девушкой. (Они начали притворяться, что с помпезным напряжением слушают «Кармина Бурана» Карла Орфа – любимая песня Джимми – на его небольшом стерео). Поэтому, расстроенному и злому Джиму пришлось использовать очаровательную девушку из Германии по имени Эльке, с которой встречался Джон Дибелла (его оператор и актер второго плана). В фильме не было сценария. «Мы сделаем все экспромтом», - сказал Джимми Джону Дибелла.

Оригинал его фильма не имел названия и был, по большей степени всего лишь рабочим материалом с наложенным саундреком. Впервые его показали на аттестационной сессии. Пленка в проекторе снова порвалась, а сам фильм, как говорят, смутил Колина Юнга – председателя отдела кино. Этот фильм был показан снова на главном просмотре в мае 1965-го года в одном из убогих ангаров школы кино. Поскольку Джимми Моррисон имел репутацию «ненавидь меня или люби меня», комната была наполнена студентами, которые высидели сорок фильмов подражателей Трюффо, Криса Маркера и Энди Уорхола. Фильм Джимми был показан одним из последних. Его смотрели порядка пятидесяти человек, но каждый из них запомнил что-то свое.

«Когда фильм начинается, - скажет позднее Джим, - экран черный и ты слышишь голоса – смесь эротических записей и напевов детей и священников, перетирающих тему католического катехизиса на радио. Это звучало, как нечто примитивное, словно из джунглей».

Дибелла говорит, что там была смазанная заставка проверки экрана из ТВ шоу «Внешние пределы». Затем нарезка группы подростков (съемочная группа), которые курят и готовятся снимать, вероятно, порнуху. Фильм прерывается, и люди заполняют белый экран непристойными куклами, созданными тенями от своих рук. Затем они бросают дротики в центральные развороты журналов Playboy, прикрепленных к стенам квартиры Джимми на Гошен, в то время как звучат настойчивые пейотные песни индейцев навахо. Женщина, появившаяся на заднем плане, идет по улице, потом исчезает в лифте. (Эти кадры были сняты на задворках делового района Лос-Анджелеса). Показывается Джим, который жадно тянет косяк марихуаны. Когда его глаза начинают вылезать из орбит, он сменяет кадры на фильмотечный материал взрывающихся атомных бомб. Затем он подмигивает в камеру. (Некоторые вспоминали, что с этой сцены начинался фильм). Кадр меняется. На экране черно-белая деревянная консоль телевизора, на котором сидит крупная блондинка, Эльке, в бюстгальтере, трусиках, поясе с подтяжками и черных чулках, как пародия на «Голубого Ангела», когда движение камеры начинает замедляться. Затем она раздвигает ноги и, кажется, что камера пройдет между ними. Джимми хотел, чтобы были слышны его возгласы одобрения, в то время как играет песня Rolling Stones: «Включите телевизор. Включите его». В кадре появляется рука Дибеллы и включает телевизор, затем переключает каналы, пока не находит – совершенно случайно – кадры документального сериала «Победа на море», где Адольф Гитлер приветствует ударные войска нацистов под развивающимися свастиками. «Не выключай! - вопит Джимми. – Это идеально».

И так далее. Порно. Наркотики. Телевидение. Нацисты. Секс. Музыка. Ирония. Пленка обрывается один раз, затем второй. Приятели Джимми охают. Каким-то образом пленку снова заправили в проектор. Там не было сюжета, не было начала, середины, конца. Девушка лижет глазное яблоко Дибеллы, чтобы очистить режиссеру глаз от токсичных ТВ образов. Затем телевизор выключают. На экране белая линия, которая сужается в черную точку.

Когда студенческий фильм Джима Моррисона закончился, повисла неприятная пауза. Атмосфера внезапно стала хаотичной в душной, синей от табачного дыма комнате. Никто не понял этого фильма за исключением нескольких друзей, которые буквально влюбились в него. Все остальные возненавидели фильм и сказали об этом. Джимми воспринимался многими в Калифорнийском Университете Лос-Анджелеса, как враждебный парень, талантливый, но не от мира сего, возможно с помутившимся рассудком, который любит провоцировать и восхвалять людей, а затем низвергать их. Теперь весь этот негатив жестоко аукнулся ему на публике. Несколько преподавателей объявили, что это был худший студенческий фильм, который они когда-либо видели. Женщинам были противны картины с обнаженными девушками. Его научный руководитель, Эд Броков, сказал, что разочарован им. Один профессор, глубоко оскорбленный нацистскими замашками, лично раскритиковал Джима, назвав его и его фильм дегенератами. Час спустя Джимми был замечен в телефонной будке, подавленный, почти в слезах, рассказывая кому-то о своих неприятностях. За свою работу он получил самый низкий проходной балл (3-). Джимми сказал Эду Брокову и Колину Юнгу, что он бросает учебу, но Юнг посоветовал ему не принимать все это близко к сердцу. «Джим просто вставил в этот фильм все те вещи, которые ему нравились», - скажет три года спустя журналу «Eye» Рэй Манзарек. «Там не было ничего, чтобы устроить такую шумиху. Все в институте ненавидели этот фильм, но в действительности он был в каком-то роде даже хорош». Шумное меньшинство защищало фильм Джима, считая его проницательным, нелинейным кино. Большинству ботаников нравилось видеть Эльке в лифчике и трусах. «Я бы сказал, это в большей степени было эссе о фильме, чем сам фильм», - сухо скажет Моррисон позднее.

Как бы там ни было, Джим Моррисон выпустился в июне 1965, получив степень бакалавра. Все еще озлобленный, он пропустил церемонию награждения, зависнув вместо этого на пляже в Венеции (район на западе Лос-Анджелеса). Его легендарный, но технически слабый, студенческий пост-бит-фильм, который посчитали слишком отвратительным, чтобы показывать среди лучших работ года в «Royce Hall», отправился в мусорную корзину вместе с другими не соответствующими уровню хороших фильмов отходами и был потерян для потомства.


3.3 Жизнь в клубе «Turkey Joint West»


Комментариев: 3 RSS

назвав его и его филь дегенератами.(фильм?)

он получил самый низкий проходной бар (3-)(балл?)

Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей